История из жизни:90336
Настоящий оперработник должен пройти по жизни тихо и незаметно.И умереть подпольным миллионером.В. Путин, 1983 годПришел как-то новый начальник-сокол в птичью контрразведку и началназначения делать. Естественно, нашлись недовольные, написали жалобуЦарю-Орлу, что неправильно он должности распределяет. Тот вызвал соколак себе и говорит – «Ну, рассказывай, кого куда назначил и почему? »Сокол рапортует, дескать воробья – в наружку, он незаметный, маленький,пронырливый и нахальный, самое ему там место. Павлина – в пресс-центр,он представительный, ходит важно, экстерьер подходящий, да и больше нина что не годится, пусть хоть пресс-конференции проводит. Клестов – вследаки, они любую проблему, как шишку расклюют, только шелуху оставят,щеглов – в опера, дятла замом поставил – недалек, но предан и обо всемдокладывает. «А куда ты»,-говорит царь-орел,- «Ворона дел? »А он как был старшим опером по особо важным делам, так и остался.Правда, писать не умеет, читать не умеет, летать давно разучился, но иобижать нельзя – триста лет выслуги!В годы застоя иностранным разведчикам работать в СССР было сложно – всеиностранцы были на виду, а уж дипломаты – под постоянным наблюдением.Поэтому в основном сотрудники спецслужб собирали сплетни из разныхгазет, да жили интересной внутренней жизнью – друг друга вербовали,разоблачали, соблазняли друг у друга жен и имитировали активную работу.Контору это устраивало, да и ясно было сразу, кто есть ху, как говорилвпоследствии один меченый сукин сын. Каждый новый дипломат, приехавший вМоскву, попадал в пристальное изучение – не кадровый ли разведчик, аможет авантюрист какой перспективный или тайный порок имеет – вразведке, знаете ли, нет отбросов, есть кадры...И вот приехал в Посольство Японии, что у Никитских ворот, новыйдипломат. Японцы против СССР активно не работали, так что отношение кним было, в общем, вполне нейтральное, но новичок сразу привлек к себевнимание. Во-первых, он самозабвенно, просто до изнурения занималсякарате, а во-вторых – повадился, сволочь, бегать по ночам, в связи с чеми получил оперативный псевдоним «Сука-сан». Три часа ночи, самое времяпоспать, а тут вдруг выбегает эдакий финик из посольства и давай лупитьпо бульвару во все лопатки. На машине за ним не поедешь – засветишься, ине побежишь – он же лось, хрен догонишь, да и расшифруешься опять же. Ане узнаешь, куда он бегал – начальство три шкуры спустит, он можеттайник заложил или нашпионил? Да в конце концов просто спать хочется,этот-то вернется – отоспиться, его совесть мучить не будет, на то он исука-сан, а нам вместо отдыха смену сдавать, отписываться, где егоносило... Что делать?Один раз он так убежал, второй, третий….И вот теплой июньской ночью Сука-сан бежал по Никитскому бульвару. Ночьюхорошо бегать – есть возможность сосредоточиться, привести свои тело идушу в состояние равновесия с природой, успокоить сердце, никому немешая проанализировать день прошедший и подготовиться ко дню грядущему.Бармалея, спящего под кустом после вечернего пузыря и привычнойпоп.здовки, разбудил неприметный человек. Бармалеем его называли запривычку мгновенно высасывать весь пузырь, купленный в складчину и тут жебросаться в драку на обделенных собутыльников. Бит ими он бывал жестокои регулярно, но утренняя похмельная тоска сильнее вчерашних побоев. «Изгорла будешь? »- ласково спросил неизвестный. «Ну? » ответил Бармалей,не вдаваясь в детали и втянул остававшийся в чекушке глоток огненнойводы. «Медицинсск-ий» восхищенно икнул он, облизнувшись. Выпитое сразуввело его в режим поиска и уничтожения. «Хочешь еще»? - ласково пропелнеизвестный. «ГАА», - прокрякал Бармалей, осознавший ответственностьмомента. «Урой того урода нерусского, чтобы он больше к моей жене небегал»,- грустно попросил неизвестный, показывая на приближающегося побульвару физкультурника. Желание отблагодарить спасителя и защититьправое дело придало Бермалею сил и он со всей дури врубил остававшейся вруке пустой чекушкой по затылку пробегавшего мимо чурки. Тот успелсреагировать, но не ушел от удара вскользячку, упал на руки и с дикимвскриком рванулся к Бармалею.В отделении милиции, куда был поздней ночью доставлен японский хулиган,без видимых причин зверски избивший алкоголика Юрия Попова по кличке«Бармалей», о случившемся был немедленно составлен протокол. Вызванный вМИД СССР Посол Японии долго извинялся за разнузданное поведение своегодипломата, высланного из страны в тот же день, и выражал готовностьЯпонского правительства оплатить лечение невинно пострадавшегосоветского гражданина.Специальным меморандумом МИД Японии, всем японским дипломатам былокатегорически запрещено покидать территорию дипломатическихпредставительств в государствах Варшавского договора после 23-00 поместному времени.После длительного лечения в институте Склифасовского, Юрий Попов бросилпить, вернулся на работу инженером в почтовый ящик и пристрастился кигре в шахматы, а вот восточные единоборства до самой смерти недолюбливал.
См.также
Внешние ссылки
