2403

Материал из Онлайн справочника
Перейти к навигацииПерейти к поиску

Проверка/Оформление/Редактирование: Мякишев Е.А.

Навигация

Анекдоты

Афоризмы

Истории из жизни

 Текст истории из жизни
История из жизни:49979ЖупелМарик безнадежно скользил. Медленно, но неумолимо. Что самое стремное -головой вниз. Растопырившись, и напоминая жуткую звезду, ефрейторЗелинский со скоростью один сантиметр за вздох неотвратимо продвигался ккраю оцинкованной крыши сенника. Его ждал полет - пять метров лицом вутоптанный хоздвор. Внизу, задрав головы, молча стояло десяток свиней. Вих глазах читалось любопытство.Все части нескладного тела были задействованы в борьбе с гравитацией.Железо было пришито внахлест, что не позволяло зацепиться хоть закакой-нибудь рельеф. Шляпки гвоздей на лаге были вбиты «заподлицо», инадежд не сулили.Собственно говоря, на крышу его загнал Арбеков. Вчерашним ветром поднялоодин лист, загнуло, но не оторвало. Ночной ливень вымочил изрядно сеназаготовленного на зиму для лошадей. Насыпав в карман горсть гвоздей«сороковки», и засунув молоток ручкой в голенище, Марик попросилподогнать Шишигу, поставил коротковатую лестницу в кузов, и по солнечнойстороне крыши без особого труда взбежал до самого ее конька. Машинагазанула, и уехала на вертолетку ждать борт с дозором. Была весна, насолнечной стороне пригревало, и Зелинский не без оснований планировал поокончанию работы позагорать с полчасика, и приготовил себе для чтиваеженедельник «Собеседник», который он засунул в противоположный молоткусапог. Пока прилетит наряд, пока Шишига приедет снимать…Но с самого начала все пошло наперекосяк. Оторванный лист находился натеневой стороне крыши, и по неведомым Марику законам, там было скользко.Согнувшись ровно пополам, и находясь своими пограничными яйцами ровно наконьке, Зелинский начал прибивать лист «от себя» вниз. Все по тем жезаконам, продвигаясь все ниже, он понял, что миссия выполнена, аобратного пути нет. Выпустил из руки молоток, и проводил его взглядом.Молоток упал в мягкое, и раздался визг. Попал в свинью. Этот факт ивывел «кровельщика» из равновесия в прямом и переносном смысле.Дернулся, и сапоги перестали быть средством удерживания за конек.Слишком тупой угол. Но достаточный, чтоб началось движение вниз.Навстречу обиженной свинине. Навстречу кошмару. Навстречу полету. И влучшем случае госпитальной койке.Марик крикнул. Но в полную силу не получилось. Но продвинулся сразусантиметров на двадцать. Прижавшись гладко выбритой щекой к железу,Марик смотрел на свои руки. Ладони с растопыренными пальцами началипотеть. Что было крайне нежелательно. И продолжалось движение. Иногда,казалось, что все, затормозил, остановился. Но попытка приподнять головустимулировало очередные десять сантиметров скольжения. До краяоставалось метра два. Столько же было и от подошвы до конька. Дело пахлокеросином. До 10:00 в принципе никто мимо пройти не мог. Половина спит,половина на службе. Вышка осталась с «той» стороны. Часовой находилсявне поля зрения. Марик открыл рот, но кричать раздумал. Высунул язык,потрогал безвкусную поверхность крыши. Скольжение от этого незамедлилось. Совсем незаметно, но был слышен хруст-скрежет пряжки.Железо по железу, трения явно не добавляет. Подняв верхнюю губу, и вдругнеожиданно став похожим на Макаревича, Марик зажмурившись уперся зубами.Не помогло. Надо было либо напрягаться и упираться, либо думать.Одновременно не получалось. Мысли не были лихорадочными, на удивление.Потому, что их не было. Значит оставалось напрягаться и вжиматься. Вдругупала капелька пота, и Зелинский, скосив очи воочию оценил своюскорость. Капелька, почти не оставляя следа двигалась вниз. Тут, вдругнарастая послышался гул. «Господи, я больше никогда не буду дрочить! »Это был вертолет.Я сидел в дежурке, функционируя заодно и за связиста, который в данныймомент времени молился на крыше сенника, правда до поры до времени, я обэтом и не подозревал. Моему раздражению не было предела, посколькупропал свежеспижженный из канцелярии «Собеседник». Тут вдруг хрюкнулаУКВшка, и сказала:- Вандом, ответьте Тормозу 22, прием- На связи Вандом, как слышите, прием- На четверочку тебя принимаю, на четверочку, проходим тринадцатый кодон, через пять минут будем, шашку бросите? прием- Нет дыма, дыма нет, да и ветра нет, как понял, прием- Понял тебя, садимся без дыма, вечно у вас на Тополевке все через жопу, роджер«Сам ты козел» - сказал я вслух, но тангенту на гарнитуре разумеется ненажал.Тут запищала АТСка, шестая кнопка подсказывала, что это «колун» с вышки.- Але бля!- Воздух визуально 2403 120 градусов с фронта геликоптер везет Арбекова с дозором- Махмуд, заткнись, мне уже доложили- А я хрен его знает, кто там у тебя в дежурке над душой стоит, вот и отзваниваюсь как положено, - Махмуд обиженно отключился.Над головой загрохотал воздух и задрожали стекла. Замполитовский котЧмырь прижал уши, и как обычно попытался выпрыгнуть в окно. И как обычноударившись своей безумной башкой об стекло, он ошеломленно упал на пол икак крыса шмыгнул в коридор. Опять заговорила радиостанция:- Вандом, это у вас на крыше сарая что за жупел распятый лежит, прием- Не понял повтори, прием- Спрашиваю что за жупел на крыше вашего сарая прием- Чего?- Ничего, сели уже, прощай тополя бля!- До связи, тормоза!Я выскочил и пошел открывать ворота для машины, ради приличияпридерживая болтающийся в районе гениталий ремень со штык ножом.Вертушка едва коснувшись земли выплюнула из себя три фигуры, и приподнявхвост как-то хищно с разворотом ушла.- Жупел, жупел, что за жупел? - бормотал я и поднял глаза на сенник.- Ух ты еб твою мать!- Держись урод! Как ты туда попал? Я щас!Я начал метаться, понимая, что надо срочно что-то предпринимать.Марик держался уже из последних сил. Он благополучно доехал до самогокрая, и уцепился в край согнув ладони, удерживаясь буквально силойпальцев. Руки в локтях уже дрожали, подбородок уперся с такой силой, чтообнажились зубы нижней челюсти чуть тронутые чайного цвета налетом. Ябегал внизу туда-сюда разгоняя свиней, которые плотоядно посматриваливверх.- Марик, а ты мне фотобумаги дашь?- Дам, - прохрипел Зелинский.- А фиксаж?- Дам- А…- Аллюр, умоляю, сделай что-нибудь, я сейчас ебнусь, вся фотолаборатория будет твоя!- Ладно, держись!Я заскочил в сенник, сооружение на восьми пятиметровых столбах с крышейи стенами сделанными из сетки. К счастью, квадратные прессы сена с тойстороны подходили под самую крышу. Закарабкался на них, и прикинувкуда-чего, со всей дури ткнул штыком между досок в железо. Пробил спервого раза, до самой рукояти.- Держись!С силой налег, и почуял, что за лезвие он ухватился. Потом показалисьноги и прочие части, и Марик словно обезьяна довольно ловко, вися наноже нашел маломальскую опору спустился по сетке на землю. Из сапогаторчал пропавший «Собеседник».- Сволочь ты, Зелинский!Марик отстраненно моргал прижавшись спиной к столбу, и блаженноулыбался.- Хрюшки мои дорогие, обидел я вас, да? Простите пожалуйста, я нечаянно.Свиньи стояли полукругом, и удивленно прислушивались.- Ладно, ты тут пока пообщайся со своими девочками, а я пошел Арбекова встречать, еще один идиот спустился с небес на мою голову.P.S. Фотобумагу ведь так и зажал, гад. Интересно, выполнил ли он обещаниеданное Всевышнему?© Аллюр

Цитаты