История из жизни:90630
МОЙ ДЕНЬ МИЛИЦИИ"Прячу цветы в дипломате я,Чтобы меня не выдали.Такая вот дипломатия -Погоня за невидалью".А. Кимры "Вздохи"Вообще-то официально этот день в российском календаре краснеет вроде10 ноября, в новоукраинском - 20 декабря. А я праздную 31 августа: этотдень с нее начался – и ею же закончился, но при этом удалось дваждыизбежать оберега родной милиции да уберечься от серьезных последствий.Последствий не токмо для выездной характеристики в части "облико морале"советского человека, но и научной карьеры.Увы, в то время (1971 году) Новых Русских с мэрсами, бимерами и прочимидостижениями мировового автостроения не было даже в самом страшномпомине. Потому дорожные менты, еще не разбалованные иноземной валютой,не брезговали пробавляться мелкой дичью, которая водилась на дорогахРодины в куда большем количестве – пешеходами.И вот я, пешеход, сильно опаздываю на службу Родине в КиевЗНИИЭПе,дислоцированном в Доме проектов, что на площади имени великой, как дляУкраины, поэтессы Леси Украинки. И, оглянувшись – ментов и машин нет –перебегаю площадь. Интеллигентная Леся, хоть и окаменевшая в мраморе навысоком постаменте, деликатно отвернулась в другую сторону. Виду неподав на это безобразие.Зато куда менее интеллигентный мент-лимита выскочил из засады, удобнорасполагая на планшетке штрафную да записную книжки, чтобы оповеститьмою администрацию, парторганизацию и профсоюз о преступном поведении ихсотрудника, а заодно слупить с потерпевшего червонец - дневную зарплатуостепененного младшего научного сотрудника тех времен развитогосоциализма.По закону подлости, как раз в эти дни решался важный для меня кадровыйвопрос – об избрании по конкурсу на должность старшего научногосотрудника. Телега из мылыции, в суровых условиях зверской оккупацииИзраилем палестинских территорий, могла снять с повестки ученого советаэтот вопрос на несколько лет. В общем, по-любому мент примотался ко мнеочень некстати. Потому я улучил момент, вроде полез за истребованнымудостоверением личности, а сам рванул за угол, обгоняя потоксотрудников, поспешавших к проходной, смешался с авангардом потока ипроскочил через турникет в институтские лабиринты. Там бы мент фиг менянашел, а если бы и нашел, то уже на свою репу под хуяжкой!Правда, он этого не знал и попытался от меня не отстать. Однакобдительный вохровец Гаврилыч, майор в отставке его не пропустил. Скореевсего, как сильно нижний чин - сержанта: "Не положено, сначала -сотрудники, не срывай людЯм рабочий день".В общем, утром этого памятного дня обошлось. А я зарекся нарушатьпешеходные правила, во всяком случае, пока не пройду конкурс. И ужевечером, возращаясь очень поздно с работы, перешел площадь в положенномместе, выждав зеленый свет, хотя машин не было и в помине.И тут в нос ударил аромат роз: перед памятником Лесе Украинки благоухалагромадная клумба. И вместе с ароматом стукнуло - батюшки-светы, я жедолжен был купить цветы - сыночку на 1 сентября, завтра в первый раз вовторой класс! Ладно, думаю, сорву три розочки. Леся мне, каккакому-никакому коллеге по перу, простит. Ан ни ножа, ни ножниц. Ипопробуй обломи зрелую розу! Вон в популярном бразильском сериале тоговремени одну Розу бригада любовников обламывала серий 20!В общем, обколовшись шипами, как наркоман – зельем, кое-как выломал трирозочки – белую, желтую и красную, сложив их вместе. И так увлексяикэбаной, что не заметил, как надо мной сладострастно облизываются, акимой пудель Атос перед мозговой косточкой, три мента. А поодаль сияетночными огнями «Цементовоз» ("Це - мєнтовоз", укр.). С любезнораспахнутой задней дверкой. Менты же ласково в него приглашают. Япокорно направился к указанной дверце, лихорадочно придумывая отмазки.Увы, ни одна стОящая в голову не пришла, потому, притупив бдительностьпоказной покорностью, рванул собачьей рысью опять же через упомянутуюПлощадь имени Великой Поэтессы, любезно предоставившей мне цветы вшколу, но не предупредившей, сука, о ментах.К сожалению, поток сотрудников в институт рассосался еще утром. Да идверь за мной плотно укупорил уже хряпнувший снотворный "мерзавчик"вахтер, ворча, "не хер так поздно засиживаться, всех денег не огребешь,а людЯм не даешь спать". Так что на эту дверь рассчитывать неприходилось. Да я и не рассчитывал, а, увеличив скорость, перемахнулчуть не двухметровый забор в нехилый котлован – к институту пристраиваликорпус. Там удачно приземлился: еще б полметра, угодил бы не на песчануюподсыпку, а бетонный фундаментный блок, тогда розы вполне могли быпригодиться на похороны. А дальше поднял крышку и по деревянному жолобусъехал в приямок подвального окна столярки, через которое днем рабочиезагружали пиломатериал, а по утрам проникали в свои трудовые коллективыопаздывавшие инженеры со научны сотрудники.Поднявшись к себе, почистил перышки и начистил до блеска штиблеты.Переоделся в дежуривший в шкафу почти выходной костюм, в которыйвыряжался, если на этот день была путевка общества «Знание» на лекциюили случался посыл к Большому Начальству. Взял также дипломат, спрятал внего злополучные розы, попросив их пока не благоухать, и второй раз завечер разбудил вахтера. Увидав меня, он было решил, что у него белочка.В конце концов удалось убедить беднягу, будто я вовсе еще не уходил, онспутал с кем другим.В общем, оставив потерянного Гаврилыча в сомнениях про белочку, "какденди лондонский одет", вальяжно выхожу на крыльцо. Поодаль справа,перед спасительным, как для меня, забором, стоят уже два цементовоза сзаженными фарами, а с той стороны слышна нехилая возня. Видать, ищутместо в земле, сквозь которое провалился беглец.И что я сделал? Естессно, то, что на моем месте - каждый порядочныйгражданин, проработавший на благо Родины до такого поздна: направился кним, все таки интересно, чего эт они делают в такое время в таком местеза мои деньги налогоплательщика?Менты строго спросили:- Вы откуда, товарищ?- Да вот, с работы, из института вышел.- Мокументы!Показываю институтское удостоверение, где в качестве должности почему-тобыло записано «кандидат технических наук». Когда же пытался оспорить этузапись у кадровика, незабвенного полковника авиации в отставке товарищаШвындина, тот меня послал, дескать, не твоего кандидатского ума дело.- А куда идете?- Домой!- Так вот, товарищ кандидат технических наук, и идите, куда идете, не мешайте мероприятию по охране общественного порядка!Я внял мудрому совету, не стал им мешать оберегать меня дальше исмиренно пошел, куда послали. Опять по пути, усеянному розами, но в этотраз затаил дыхание, чтобы снова не впасть в соблазн. Дите отправилось вовторой класс с цветами, можно сказать, от Леси Украинки, и по моейнаводке возложило букет к школьному бюстику Ларисы Петровны Косач (ЛесиУкраинки - в миру). В итоге получилось справедливо: у Леси взял - Лесеотдал, и больше я ей ничего не должен.... Потому с тех пор свой День милиции вот уже почти три с половинойдесятилетия традиционно отмечаю 31 августа, херя и старороссийскую, иновоукраинскую дату. Но тем не менее посвящаю эту историюпрофессиональному празднику многострадальной украинской милиции, которуюантинародный оранжевый режим лишает средств к нормальному существованию,грубо принуждая к честности.© Алик, спринтер с цветами и препятствиямиwww.alikdot.ru/anru/state/mypolice/policeday/
См.также
Внешние ссылки
